shenbuv | К медведю на блины

По навоттке

carabaas:
Популярное выражение “первый блин комам” — именно так оно звучало у древних славян — означало отнюдь не то, что сегодня. Это был обычай отдавать первые блины комам (по–древнеславянски комы — медведи). Ведь древние славяне почитали праздник Комоедица, посвященный пробуждению медведей, которых они считали прародителями людей. Первые блины, которые выпекала хозяйка, приносили к берлоге медведей, которые просыпались от зимней спячки и были голодны как волки. В наше время никто мишек не задабривает, и лишь в христианской Руси тот самый блин комам стал комом — этим метаморфоза обязана обычаю: первый блин отдавать за упокой души, т.е. такой блин вставал комом в горле. Блин, выпекаемый первым на Масленой неделе, выкладывали на слуховое окошко “для душ родительских” со словами: “Честные родители наши, вот для вашей душки блинок!” В городах первый блин отдавался нищему, чтобы он помянул всех усопших.

Ну, что медведь был не медведь, это я знала, - это эвфемизм табуированного слова. В греческом сохранился индоевропейский "арктос" (от звукоподражательного р-р-рктос) - видимо, потому, что медведей исторические греки уже могли не бояться.

А вот чё в Вике пишутъ:
Общеславянское слово, соответствующее рус. медведь, по происхождению является эвфемизмом, которым в обыденной речи замещалось настоящее табуированное имя животного. Это первоначальное имя не сохранилось в славянских языках; индоевропейское название медведя было *r̥ḱs-os/*r̥ḱt-os, давшее лат. ursus (откуда в романских orso, ours и т. п.), греческое, кельтские, хеттское и санскритское названия, причём оно само, возможно, в праиндоевропейском языке было эвфемизмом[2]. Само слово медведь (от medu-/medv- 'мёд', ср. медвяный + ѣd- 'есть, принимать пищу') значит «поедающий мёд» (членение med + vѣd- 'ведающий мёдом' ошибочно). Запрет на произношение настоящего имени был связан с тем, что медведь являлся священным животным в некоторых славянских культах[источник не указан 75 дней], а кроме того, был опасен для охотника (ср. табуированные названия змеи в индоевропейских языках). Позднее эвфемистическая замена превратилась в основное название животного. Древний обычай повторился и на новом этапе — даже нынешнее название медведя, изначально являвшееся эвфемизмом, русские (особенно охотники) вновь табуируют и заменяют другими прозвищами-эвфемизмами: косолапый, бурый, потапыч, Михайло, Мишка, хозяин и т. д. В ряде славянских языков это слово дополнительно искажено перестановками и заменами согласных, которые, помимо чисто фонетических, могут иметь эвфемистическую природу: укр. ведмідь, польск. niedźwiedź, также и в чешском в части говоров не medvěd, а nedvěd, ср. фамилию Павла Недведа. Слово заимствовано из славянских языков в венгерский (венг. medve).

Эвфемистического происхождения и германское название медведя (нем. Bär, англ. bear и т. п.), оно восходит к прагерманскому *beron 'бурый'. Гипотеза о происхождении от этого названия славянского слова берлога считается ошибочной [3]. Утрачено из аналогичных соображений индоевропейское название и в балтийских языках, где первоначальное значение имени этого зверя (лтш. lācis, лит. lokys, из *tlāk, ср. прус. clokis) не вполне ясно, ср. славянское волкодлак (оборотень).