Абижают! Накидали шпилек в мой огород
May. 9th, 2010 06:16 pmОдна уважаемая френдесса запостила пост под названием "постель и канцпринадлежности":
Моя знакомая поэтесса призналась, что держит в постели бумаги.
Меня глубоко потрясло и задело подобное обращение с женской, повторяю, женской постелью / ложем/ будуаром/.
Поэтому я выражаю протест и заявляю, что у меня в постели бумаг вы не найдете.
Возможно наткнуться на детскую бутылочку либо мужские кальсоны. То есть как бы не исключено.
Но бумажек нет на всей территории спальни просто потому, что там их быть не может.
Берите пример с меня, обеспечьте трельяж, туалетный столик, парфюмерные полочки и ящички в стиле самого развратного из Людовиков, но исключите самую возможность появления макулатуры в этом сокровенном месте.
И да пребудет с вами Венера, которой отбили руки за то, что слишком часто тянулась к бумаге.
Панятна, в чей огород шпилька :)
На что я резонно отвечаю:
Я же не сказала "макулатура", я сказала "бумаги"! А часть из них, например, мои рукописи, которые знаете на сколько лет через 200 потянут на Сотбис? Не знаете? То-то.
Кстати, про Венеру очень красиво :)
А еще вспомнила историю (кажется, как-то рассказывала уже): однажды у меня вдруг началась романтическая история, и мы с этой историей в порядке импровизации оказались у меня в, ткзть, будуаре. А до этого у меня был долгий период отсутствия всякого присутствия романтических историй, поэтому будуар, соответственно, зарос культурными наслоениями. Но и черт бы с ними, но один предмет мне действительно мешал. "Подожди, - говорю, - я уберу Бабура". "Да не помешает нам Бабур!" - нетерпеливо возразил пылкий юноша. "Бабур - помешает", - сказала я и почтительно переложила книжку в горчичном переплете на полочку. Действительно, Бабур создавал такой эффект присутствия, что казался третьим лишним, - к тому же, покойный был бисексуален :)
Ну, вот сейчас лежат: перепечатка из одной средневековой латинской рукописи; Афиней; пара словарей; Хлебников (недавно купила); Низами (там ему самое место); Лукреций; еще всякое, за одеялом не видно; моя тетрадочка (на Сотбис); пара детских книжек (в шабат с Амалькой читали). На полках громоздится всякое, над шкафом - ксеры по папирологии, на этажерке - словари, несколько томов Талмуда, еще долго перечислять что, но самое самонужнейшее, в тумбочке - письма, черновики моих писем, в трех пластиковых стоечках с ящиками - ксеры по разным предметам. Они же навалены на полу. Портрет Бродского, портрет сами-понимаете-кого, вьетнамские картиночки в рамках. Два принтера, лэптоп вместо изголовья. А чо? По-моему, самая что ни на есть дамская обстановочка. А чо, у вас не так? А как?
Моя знакомая поэтесса призналась, что держит в постели бумаги.
Меня глубоко потрясло и задело подобное обращение с женской, повторяю, женской постелью / ложем/ будуаром/.
Поэтому я выражаю протест и заявляю, что у меня в постели бумаг вы не найдете.
Возможно наткнуться на детскую бутылочку либо мужские кальсоны. То есть как бы не исключено.
Но бумажек нет на всей территории спальни просто потому, что там их быть не может.
Берите пример с меня, обеспечьте трельяж, туалетный столик, парфюмерные полочки и ящички в стиле самого развратного из Людовиков, но исключите самую возможность появления макулатуры в этом сокровенном месте.
И да пребудет с вами Венера, которой отбили руки за то, что слишком часто тянулась к бумаге.
Панятна, в чей огород шпилька :)
На что я резонно отвечаю:
Я же не сказала "макулатура", я сказала "бумаги"! А часть из них, например, мои рукописи, которые знаете на сколько лет через 200 потянут на Сотбис? Не знаете? То-то.
Кстати, про Венеру очень красиво :)
А еще вспомнила историю (кажется, как-то рассказывала уже): однажды у меня вдруг началась романтическая история, и мы с этой историей в порядке импровизации оказались у меня в, ткзть, будуаре. А до этого у меня был долгий период отсутствия всякого присутствия романтических историй, поэтому будуар, соответственно, зарос культурными наслоениями. Но и черт бы с ними, но один предмет мне действительно мешал. "Подожди, - говорю, - я уберу Бабура". "Да не помешает нам Бабур!" - нетерпеливо возразил пылкий юноша. "Бабур - помешает", - сказала я и почтительно переложила книжку в горчичном переплете на полочку. Действительно, Бабур создавал такой эффект присутствия, что казался третьим лишним, - к тому же, покойный был бисексуален :)
Ну, вот сейчас лежат: перепечатка из одной средневековой латинской рукописи; Афиней; пара словарей; Хлебников (недавно купила); Низами (там ему самое место); Лукреций; еще всякое, за одеялом не видно; моя тетрадочка (на Сотбис); пара детских книжек (в шабат с Амалькой читали). На полках громоздится всякое, над шкафом - ксеры по папирологии, на этажерке - словари, несколько томов Талмуда, еще долго перечислять что, но самое самонужнейшее, в тумбочке - письма, черновики моих писем, в трех пластиковых стоечках с ящиками - ксеры по разным предметам. Они же навалены на полу. Портрет Бродского, портрет сами-понимаете-кого, вьетнамские картиночки в рамках. Два принтера, лэптоп вместо изголовья. А чо? По-моему, самая что ни на есть дамская обстановочка. А чо, у вас не так? А как?