Таки я опять поехала, френды. В смысле опять пью - мало и с легким градусом, но пью. Чего мне нельзя. Собственно, у меня есть неделя на помереть, - около года назад наша гениальная врач, на мои сетования, что, дескать, поэты умирают в 37, сказала: "Наши еврейские поэты умирают в 38". А через неделю мне 39.
Во вторник я была у Абрама в садике, - позвали, дескать, разговор есть. Разговор сводился к тому, что неплохо бы Абрама начать определять в заведение. Все равно же придется, а время займет. Я не могу представить себе жизнь без Абрама, дети тоже. Ради него затевалась вся эта история. Конечно, Амалька выполнит роль наследницы, на все 100, - но что же Абрам? Фор вус?
Френды, пишите. Поможет.
Во вторник я была у Абрама в садике, - позвали, дескать, разговор есть. Разговор сводился к тому, что неплохо бы Абрама начать определять в заведение. Все равно же придется, а время займет. Я не могу представить себе жизнь без Абрама, дети тоже. Ради него затевалась вся эта история. Конечно, Амалька выполнит роль наследницы, на все 100, - но что же Абрам? Фор вус?
Френды, пишите. Поможет.