Саадия Гаон о музыке
Oct. 30th, 2008 02:39 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
shenbuv"Верования и мнения", 10, 18:
И так же один голос, и отдельные лады (ед.ч. нагама) и тоны (ед. ч. лахн) пробуждают только одно из свойств души, и иногда могут повредить ей, однако смесь их уравновешивает то, что открывается в ней из относящегося к свойствам ее и силам ее, и следует, чтобы ты узнал их воздействия, когда они по отдельности, чтобы смесь их была соответствующей. И скажу теперь, что ладов существует восемь, и у каждого из них своя мера тонов. Мера первого лада – три тонав подряд и один покоящийся. Мера второго лада – три тона подряд, один покоящийся и один подвижный. Мера третьего лада – два тона подряд, между которыми нет достаточно времени для тона, и один покоящийся, и между всеми спуск, и подъем, и спуск до тона, и это в отдельности пробуждает зеленую желчь, отвагу и решимость, и подобное им. А мера четвертого лада – три тона подряд, между которыми нет достаточно времени для тона, а между каждыми тремя и другими тремя есть до тона, и это в отдельности пробуждает белую желчь и открывает в душе силу подчинения, и раболепия, и робости, и всего подобного этому. А мера пятого лада – отдельный тон и два тона, различных между собой, и нет между ними достаточно времени для тона, а между подъемом и спуском есть достаточно для тона. А мера шестого – три движущихся тона. А мера седьмого – два тона подряд, между которыми нет достаточно времени для тона, а между каждыми двумя и другими двумя есть достаточно времени для одного тона. А мера восьмого – два тона подряд, и нет между ними достаточно времени для тона, а между каждыми двумя и другими двумя – достаточно времени для двух тонов. И все эти четыре лада пробуждают черную желчь, и открывают в душе противоречивые свойства, иногда радость, иногда грусть. Обычай же царей – смешивать их друг с другом, чтобы уравновесить, и те свойства души, которые они будут пробуждать, когда слушают их, послужат для улучшения их душ, и не будут они склоняться больше к милосердию или к жестокости, или к увлекаться отвагой, или поддаваться робости, и не будет у них слишком много или недостаточно радости и веселья.
И так же один голос, и отдельные лады (ед.ч. нагама) и тоны (ед. ч. лахн) пробуждают только одно из свойств души, и иногда могут повредить ей, однако смесь их уравновешивает то, что открывается в ней из относящегося к свойствам ее и силам ее, и следует, чтобы ты узнал их воздействия, когда они по отдельности, чтобы смесь их была соответствующей. И скажу теперь, что ладов существует восемь, и у каждого из них своя мера тонов. Мера первого лада – три тонав подряд и один покоящийся. Мера второго лада – три тона подряд, один покоящийся и один подвижный. Мера третьего лада – два тона подряд, между которыми нет достаточно времени для тона, и один покоящийся, и между всеми спуск, и подъем, и спуск до тона, и это в отдельности пробуждает зеленую желчь, отвагу и решимость, и подобное им. А мера четвертого лада – три тона подряд, между которыми нет достаточно времени для тона, а между каждыми тремя и другими тремя есть до тона, и это в отдельности пробуждает белую желчь и открывает в душе силу подчинения, и раболепия, и робости, и всего подобного этому. А мера пятого лада – отдельный тон и два тона, различных между собой, и нет между ними достаточно времени для тона, а между подъемом и спуском есть достаточно для тона. А мера шестого – три движущихся тона. А мера седьмого – два тона подряд, между которыми нет достаточно времени для тона, а между каждыми двумя и другими двумя есть достаточно времени для одного тона. А мера восьмого – два тона подряд, и нет между ними достаточно времени для тона, а между каждыми двумя и другими двумя – достаточно времени для двух тонов. И все эти четыре лада пробуждают черную желчь, и открывают в душе противоречивые свойства, иногда радость, иногда грусть. Обычай же царей – смешивать их друг с другом, чтобы уравновесить, и те свойства души, которые они будут пробуждать, когда слушают их, послужат для улучшения их душ, и не будут они склоняться больше к милосердию или к жестокости, или к увлекаться отвагой, или поддаваться робости, и не будет у них слишком много или недостаточно радости и веселья.
